Герой дня: Роджер Желязны

Почти каждый день RoyalCheese рассказывает о людях, близких по духу.
 

Писатели-фантасты для современного читателя – нечто вроде гитарных бардов для меломана, то есть своего рода нетоталитарная секта со всеми свойственными признаками. Впрочем, это не совсем так, и большую часть признаков стоит отнести скорее к фанам, а не к самим талантам, хотя и среди них встречаются определенного рода перцы. Но не в нашем случае.

...Его отцом и матерью были эмигранты – поляк и ирландка, потомки двух бунтарских и крепко пьющих народов. Отец подарил ему на одиннадцатилетие пишущую машинку, мать с малолетства пичкала волшебными сказками – а сказки у ирландцев заковыристые и отнюдь не вегетарианские. Мальчиком он сочинял свои истории и стихи – и даже публиковал их. Но трезво размышляя, он понимал, что писательским ремеслом не прокормишься – ну если ты не попал в струю или... Не очень понимая, что такое “или”, он решил не забивать себе голову и принялся за учебу. Колледж, университет, служба в Национальной Гвардии, потому снова учеба, бакалавриат, а в свободное время – фехтование, восточные единоборства, дзен-буддизм, шахматы, хинди и японский. У потомка ирландки и поляка хватало на все это и сил, и времени.

Первые 20 баксов – гонорар за рассказ – он получил в 1962-м. К 1969-му его уже считали надеждой американской фантастики (в 1964-м он получил номинацию на премию “Хьюго”, в 1966-м – премию “Небьюла” аж в двух номинациях).

 
 Это была фантастика иного свойства, она перешагивала через “золотой век”, через Азимова и Шекли
 

Она говорила парадоксами, она замешивала рыцарей, компьютеры, шумерскую мифологию и нью-йоркских бомжей. Но все эти миксы из варева были не самоцелью: устами Желязны и его современников (Фармера, Дика, Силверберга, Дилэни, Эллисона) заговорили люди, которые, по сути, до того были на периферии внимания фантастов. Живые люди, небезупречные, похотливые, пьяные, карьеристы, проститутки, — психология, социальные проблемы, коммуникация стали во главу угла этих новых книг.

Оно, конечно, было хорошо, но Желязны и его семье надо было что-то есть, и потому он решил пойти на компромисс с музой – разумный, надо сказать, компромисс, не стыдный. Он решил написать цикл романов. Популярных, легких, незамороченных. Чтобы жить на гонорары с них – и писать то, что на самом деле бьется чуть пониже горла, в самом верху грудной клетки.

Вообще это, конечно, поехать головой: цикл романов. Тут за один-то сил не хватит взяться. И тем не менее в 1970-м вышли в свет “Девять принцев Амбера”, в 1972-м — “Ружья Авалона” — и понеслась...

 
Янтарный мир, населенный диковатыми, взбалмошными и боевитыми аристократами полюбился публике. Удача была поймана за хвост
 

В общем, пацан сказал – пацан сделал. Желязны стал финансово независим – и на самом деле продолжал писать настоящее. Впрочем, и “Амбер” вполне себе литература – но только “Двадцать четыре вида на Фудзи кисти Хокусая” гораздо больше. Он продолжал писать стихи, писал вместе с коллегами, писал парадоксальные, полные невероятных образов книги. Странно, но его почти не экранизировали – один полнометражный фильм (“Долина проклятий”) и один эпизод в сериале “Сумеречная зона”, да еще была смутная история, в которой под видом киношников, якобы экранизировавших великолепный роман “Князь Света”, в Иран отправились агенты ЦРУ, чтобы спасти шестерых американцев, прятавшихся от исламской революции в канадском посольстве. Вот вы небось смотрите “Игру престолов” — так я вот что скажу: ваш Мартин нашему Роджеру спичку бы подносил. Возьмись толковые люди за “Амбер” — курить бы Мартину у поленницы. Но не взялись.

...В 1993-м он написал одну из лучших своих книг, печальную сказку “Ночь в тоскливом октябре, в которой сталкивались Шерлок Холмс, Джек-потрошитель, доктор Франкенштейн, Дракула и прочие герои мистических и криминальных историй, речь велась от лица сторожевого пса, было много крови и страшных ритуалов, но все кончалось хорошо. Книга оказалась последним романом, который Желязны написал самостоятельно. А еще одна книга, “Доннерджек”, была дописана после смерти Роджера его последней любовью, бывшей поклонницей Джейн Линскольд, и это была пророческая книга о том, что может случиться, если глобальная виртуальная сеть взбунтуется и перейдет на режим самостоятельного существования, независимый от человека. Она заметно слабее прочих книг Роджера – и тем не менее это Книга, поперек которой не попрешь. И даже в ней главнее любой виртуальности – человек, который, что говорить, куда интересней и неисчерпаемей любого придуманного инопланетника.

Он умер в 1995-м, и прах его развеяли над горами. "Янтарный цикл" переиздают и читают снова и снова, а от него уж лежит дорожка к другим книжкам Роджера Желязны — “Кошачьим взглядом”, “Джеку-из-Тени”, “Этот бессмертный” — человека, который обладал добрым сердцем, неукротимым нравом, математическим мозгом, талантом, силами и упорством. А что он не удержался по эту сторону мира – так это ничего, почти все мы скатываемся туда, где неизвестно что нас ждет.

Об этом, кстати, Желязны тоже писал – и не раз.


6774 просмотра
Самое интересное

Мы взяли интервью у основателя Lutowolk MagazineАркадия Ротшильда, анонимной грозы светских львиц всея Руси. Он рассказал о всех прелестях светской жизни столицы.
11 июня

Режиссер Григорий Константинопольский рассказывает о новинках кинопроката. Смотреть кино или ...

Красивая девушка Анна: развивает сайт, любит вкусно поесть и верит, что в жизни возможно все.
12 февраля

Иллюстратор из Нью-Йорка Томас Питилли приобщает к искусству.
9 февраля

Джон Уриарте о том, как участники гетеросексуальных отношений стали равны: он сфотографировал ...
8 августа

Удобная таблица буллшит бинго для разговора с теми, с кем разговаривать бывает скучновато
22 августа

Партнер Рамблера
 
 
Войти через Facebook Войти через Вконтакте Войти через Twitter
Вы можете войти через социальные сети или пройти
быструю регистрацию на Royal Cheese
Логин или e-mail