Мнения

Последний киногерой. В чём «сила» российских фильмов 2010-х годов

Антон Подрезов Антон Подрезов
Кто новый киногерой эпохи и почему мы никак не можем забыть 90-е.

Ленин был прав, когда сказал, что важнейшим из искусств для нас является кино. Это становится понятно, когда дело доходит до определения типа досуга на выходные. Куда ты пойдёшь с большей вероятностью: на выставку картин, в музыкальный театр или в кино? Иногда хочется посмотреть что-то, что будет взрываться, мигать и шуметь под героическую музыку. Но порой хочется посмотреть на простых российских героев с такими же проблемами, как у тебя. Однако не все наши современные фильмы стараются быть с тобой на одной волне — многие сами выбирают тональность и ставят свои условия.

«Ура, товарищи!»

Бесконечно наш человек может смотреть на три вещи: как течёт вода, как горит огонь и как русские кого-нибудь побеждают в кино. Если это война, то картина будет суперуспешной. Если про спорт, но с преодолением трудностей, советским прошлым и назло принципиальным соперникам, то тоже неплохо.

Такие фильмы с нескрываемым удовольствием спонсирует Министерство культуры РФ, и в прокате они собирают огромные суммы, и поддержка государственных СМИ на этапе проката им будет обеспечена. Если спросить у старших родственников, то большинству из них такие фильмы должны понравиться. Кто-то действительно несколько раз ходит на «Движение вверх» и с ностальгией вспоминает советско-канадскую хоккейную серию при просмотре «Легенды 17».

Оценку художественной ценности этих фильмов оставим Евгению Баженову и Антону Долину. Я лишь хочу сконцентрировать твоё внимание на том, что такие фильмы — это современные былины. Помнишь рассказы о богатырях, которые то с драконами рубились, то разбойников свистящих с деревьев стаскивали? Получается так, что богатыри перешли на экраны не только вместе с их анимированной экранизацией. Теперь они вырисовываются в лицах современных киногероев.

Вот смотри: есть у нас условный Илья Муромец (хоккеист Харламов, космонавт Леонов, тренер Гаранжин) — он для нас сама русскость, свой парень, абсолютно положительный герой. И он должен сразиться с противником: трёхголовым змеем (канадцы, выход в открытый космос, американские баскетболисты), на пути к которому его ждут препятствия в виде камня, который грозит ему потерей коня и прочими неприятностями, но и это он преодолевает — так же, как и герои наших фильмов.

Конечно, подобная концепция мономифа подходит ко многим художественным произведениям, но у наших есть одна отличительная особенность. Герой — россиянин. Казалось бы, логично: фильм же о нашем прошлом, о наших героях. Но этот герой-россиянин даже не обязан побеждать — ему повезло, что в основе сценария лежит всё-таки триумф. Смысл не в преодолении или победе, а в том, какие эмоции это вызывает. Как и что он будет делать — в принципе неважно. Главное, что все будут радостно смахивать слезу и восхвалять самих себя, нашу общность, уходя под марш из кинозала. Это как открывать шампанское на вечеринке так, чтобы оно всё вытекло с пеной в процессе яростного размахивания бутылкой. И это правда весело: все в пузырьках, слизывают капли с губ, — но так ничего и не выпили толком. И хорошо, если есть ещё напитки, но если их нет, а все остальные бутылки с игристым откроются таким же способом? Будет ли это и дальше весело?

Ёлки и бутылки

У большинства наций есть свои отличительные особенности. Чего больше всего у русского человека? Патриотизма и чувства юмора. Если о первом я рассуждал в прошлом блоке, то здесь — о нашей способности сострить и посмеяться. С юмором у нас в стране сейчас полный порядок: стендапы, вечерние шоу, прожарки и батюшка КВН. Из данных нам условий мы можем справедливо предположить, что в жанре кинокомедий должна быть золотая эра. Так ли это? Ну, тут зависит от того, над чем ты любишь смеяться. Если тебя устраивают бесконечные повторы «Ёлок» и покадрово переснятые ремейки советских комедий — улыбка не сползёт с твоего лица до следующей киноновинки.

Российские комедии держатся на двух китах: алкоголь и секс. Это их роднит со многими фильмами 90-х того же жанра. Если раньше это были «Особенности национальной охоты» и «Маленький гигант большого секса», то теперь это «Горько!» и «Быстрее, чем кролики». Но знак равно между фильмами ставить нельзя. Дело тут не только в разнице во времени и отличиях двух эпох.

Фильмы 90-х эксплуатировали тему секса, потому что они могли себе это позволить: после развала Союза начали экспериментировать с запретными ранее сюжетами. Современные российские комедии используют горячие эпизоды или строят сценарий на этой теме, потому что сейчас секс хорошо продаётся — нельзя обвинять режиссёров в обращении к этой теме. Многие стараются перенести условный «Американский пирог» в российскую обстановку. Но получается какая-то разваливающаяся кулебяка.

Вокруг сцен с обнажёнкой должна же быть какая-то шутка, если это комедия. А есть ли шутка в изображении полового акта с нелепыми выражениями лица? А если там большая женщина и маленький мужчина? Вместо шуток о сексе мы получаем смешной секс, будто решили посмотреть неудачные сцены со съёмок порнухи. Те же американские молодёжные комедии смеялись над неловкостью подросткового секса, а с наших эпизодов просто неловко смеяться.

С алкоголем связаны многие смешные моменты из нашей жизни. Пьём мы много и на многое после этого способны. Это подтверждает даже статистика. В алкокомедиях 90-х герои выпивают, а дальше с ними тоже происходят курьёзные ситуации: они запираются в бане с медведями, охотятся на корову или засекают вражескую подводную лодку. Что происходит с героями современных алкокомедий, когда они выпьют? Ничего. Они или продолжают пить, или начинают вести себя как мрази.

В фильмах прошлого века важно было то, что последует за процессом употребления. Может, тогда людям больше хотелось узнать, что будет дальше не только в кино, но и в их жизни в целом. Сейчас же самое главное — это процесс повышения уровня алкоголя в крови. Получается, что российская комедия не желает достигать результата, она хочет демонстрировать только процесс. А это уже похоже на половую дисфункцию. И здесь не помогают даже откровенные сцены.

Сила всё ещё в правде?

Кроме массового кино, которое можно посмотреть в любом кинотеатре и по главным телеканалам, есть ещё «фестивальное кино». Это те фильмы, которые чуть сложнее воспринимаются, часто чересчур монотонные и не о радостных событиях. Среди них есть и те, которые более-менее знакомы российскому зрителю, например «Аритмия», «Географ глобус пропил», «Дурак».

И тут я снова кидаю мостик, чтобы пробежаться до фильмотеки 1990-х годов, схватить парочку и показать тебе, как в индийском фильме, что это давно потерянные близнецы. Есть у них определённые сходства. Герои тех фильмов занимаются тем, что ищут свою правду («Брат», «Ворошиловский стрелок»). Главный герой того времени Данила Багров утверждает, что в ней как раз вся сила. Но добираются до правды они своими жестокими методами, характерными для того времени. Эти методы немного обсмеяли «Жмурки» (не хотелось вспоминать о Панине хоть в каком-то контексте, но так получилось).

Герои-искатели современных фильмов тоже ищут свою правду, но без использования грубой силы. Да и правду во многих случаях они стараются найти в себе или в других людях, а не в чужих сейфах или грудных клетках. И она может быть у всех своя. Вот Витька Чеснок видит её в полагающейся ему жилплощади. Кому-то эта правда не нужна вовсе — героя фильма «Дурак» за неё запинали.

I need a hero!

Так кто же тот самый герой фильмов 2010-х годов? Это точно не герой-богатырь, потому что все они национальные символы, герои прошлого, с ним ассоциируется не эпоха, а весь народ. И это не герой-любовник-алкоголик — такими мы можем становиться периодически, но всё десятилетие наш герой в таком состоянии не провёл.

Скорее, тут два типа героев, которые могут как противостоять друг другу, так и жить обособленно. Первый — это герой Козловского из «Духless’а», Хабенского из «Коллектора» и Машкова из «Миллиарда». Человек, нашедший свою правду, добившийся успеха, но переживающий проблемы в личной жизни или те, которые настигли его из прошлого. Такой Данила Багров, который открыл свой бизнес или добрался до власти, как герои в финале тех же «Жмурок». Будет ли он приятен другим людям? Вряд ли — не все могут принять его методы. В то же время он остаётся человеком и на свои проблемы реагирует так же, как любой другой, — но у большого человека и проблемы больше. Вот и получается, что первый герой — это маленький человек, ставший большим, но не доросший до решения больших проблем.

А с другой стороны — всё тот же маленький человек, но который не смог на руинах старой большой страны взять свой кусок. И на стройке новой мощной державы он оказался лишь разнорабочим. Его проблемы меньше, но и их больше. Помимо решения простых вопросов типа «как заработать?», «как привлечь женщин?», он вынужден справляться и с теми же внутренними проблемами, которые есть у первого типа героев. И иногда их пути в этих исканиях пересекаются («Дурак», «Коллектор», «Левиафан»). А если оторваться от экрана, то можно убедиться, что такое столкновение происходит далеко не в кино. Реальным героям иногда приходится не только найти правду, но и правильно ею распорядиться.

Комментарии
Загрузить еще