Люди

Герой дня: Севара Назархан

Тихон Печалин Тихон Печалин

Имя узбекской красавицы Севары Назархан стало известно «узким кругах» в 2000-м, когда она еще училась в Ташкентской консерватории. Севара была девушка современная, она слушала и прекрасно знала поп-музыку — и в то же время виртуозвно владела узбекским народным инструментом дутаром… Исполняя узбекский фолк в современных аранжировках, она записала альбом, который вышел на лейбле Calabash и принес Севаре приглашение на фестиваль этнической музыки WOMAD. Там она заинтересовала экс-вокалиста Genesis, неумеренного пропагандиста всяческой этномузыки Питера Гэбриэла (WOMAD — одно из его детищ). И дальше случилось удивительное: Гэбриэл предложил девушке контракт с его компанией RealWorld. Там и вышел Yol Bolsin!, альбом, который продюсировал французский музыкант и продюсер Эктор Зазу. Эта работа была для Севары первым серьезным притязанием на кусочек внимания на Западе.
Мода на этно, овладевшая массами еще в 80-х, до сих пор не прошла. Средняя Азия в этот тренд ложится очень фрагментарно, дробно; постоянно возникают какие-то шаровики и шарлатаны, пытающиеся выдать доморощенный нью-эйдж за «корневой фолк». На этом фоне Севара — красивая, умная, талантливая узбечка — получила хороший прием; ее пластинка имела резонанс, а уж анонсов на будущее ей выдали по полной. Ее следующий альбом для RealWorld — Sen — был не столь «этничным», (над ним как продюсеры совместно работали питерец Григорий Сологуб, известный по группам «Странные Игры», «Игры» и «Deadушки» и британец Бруно Эллингем) — но попал в европейские world music-чарты.
Тогда Севара приезжала и в Москву, но концерты международно признанной артистки не привлекали внимания широкой публики. Правда, та же история случалась и с иными звездами — грузиноирландка Кати Мелуа, гремевшая по всему миру, выступила в столице на каком-то сборном концерте и никакого ажиотажа не вызвала. Понятное дело, не Ваенга.
Но отчего-то этнокарьера не влекла певицу — или, может быть, она решила, что надо завоевывать плацдармы менее серьезные; так или иначе, в 2009-м вышел русскоязычный альбом «Так легко» под странным псевдонимом «Севара и Эльф». В нем собралась странная сборная: среди соавторов значились Карен Кавалерьян, Борис Гребенщиков, Сергей Михалок и Иосиф Бродский, а с Вадимом Степанцовым Севара записала дуэт. И знаете что? Это была родная до боли поп-музыка, чуть облагороженная нездешним вокалом Севары, но апеллирующая все к тем же рычажкам, на которые традиционно нажимают поп-артисты отечественного розлива.
Плохо это было или хорошо, теперь уже не так и важно: даже такая компромиссная работа не нашла широкого признания.

Российская попса — чудище обло, озорно, стозевно и лаяй; не таких красоток оно перегрызало пачками и даже не морщилось

Но она решила пойти на последний, практически отчаянный шаг — выступление на диком телеконкурсе «Голос», где наконец-то, казалось, певица обретет то, чего так хочет. «Артистки, равной ей, нет», — говорили с изумлением люди, не привыкшие к настоящему; русской Шаде окрестили ее досужие блогеры. Леонид Агутин, патронировавший певицу, казалось, не ожидал такого резонанса. И опять облом: Севара вылетает из конкурса…
Дорогая Севара, звезда Востока! Зачем тебе все это нужно?! Ты, слушай, мирового уровня артистка — зачем опускаешься до уровня наших кухонных попсовиков?! Зачем метать бисер перед сама понимаешь кем? Ты пела с Робертом Плантом — кто такой Агутин?!
Вернись к себе, Севара. Пожалуйста. Это моя просьба к тебе в твой день рождения.

Загрузить еще