ГОРОД

Большой голод: ревизия шаурмы

Анастасия Астахова Анастасия Астахова
Попытка найти приличную шаурму в пределах Садового кольца.

Шаурму я ела один раз в жизни. Это было курсе эдак на втором, когда логичным завершением учебного дня было дойти до метро "Университет", взять в палатке "Балтику" и распить ее с тяжело закладывавшими за воротник историками прямо на улице. Весной и летом мы пили "первую", зимой переключались на "трешку". Иногда требовалась закуска. Так однажды в моей жизни появилась шаурма — примерно на третьей бутылке пива. Этот опыт никак не повлиял на меня с гастрономической точки зрения, но стал символом предпоследней стадии морального падения. О финальном ударе моей нравственности оземь расскажу как-нибудь в другой раз, а пока что вернусь к деталям недавнего эксперимента под названием "Шаурма-2 или Возвращенный грех".

Казалось бы, тонкая лепешка, салат, жареное мясо — ничего порочного. Но именно итоговый продукт намертво ассоциируется у меня с криминальными элементами, опустившимися алкашами и неухоженными птушницами. Кроме того, налицо парадокс: никто, кроме смуглых юрких привокзальных лоточников, не занимается шаурмой всерьез. А, меж тем, все, кто хоть раз побывал в Берлине, мгновенно теряют снобизм в очереди за донёром, и, воротясь в родные пенаты, начинают возводить очи горе и стонать: "Ах, Берлин, какая там уличная еда, какая шаурма!". Чем московская-то — не уличная? Чем она — не шаурма?

Одним словом, с этим клубком противоречий нужно было что-то с этим делать. И я попробовала пять образцов.

Кафе Синдбад

В тонкую лепешку завернут ароматный душистый фарш — почти несоленый, что в этом случае удивительно уместно. Бонусом — ломтики поджаренной картошки — видимо, чтобы уж наесться от души. Салата немного, за пикантность отвечает соленый огурец — и это замечательная идея, не будь огурчик солоноват и мягкотел. Однако сочетание пряного фарша, огурца и картошки удивительно гармонично — и стыда от поедания не возникает.

У метро “Чистые пруды”

А вот это уже похоже на ту шаурму, чей образ преследует меня в кошмарах. Разворачиваю тяжелый увесистый сверток, по размерам раза в полтора больше своих предшественников. В нос шибает вонь прокисшего майонезного салата невнятной этиологии, беспородное мясо пережарено — это нажористый похмельный вариант для тех, кому уже все равно. Ем и боюсь отравиться. У этой еды и вид и вкус, как у вчерашней рвоты. Ужас.

Цветной бульвар

Еще один гигантский экземпляр — но после чистопрудного образца я приятно удивлена. На разломе снова встречает меня коул-слоу — но он свеж и приправлен негрубым майонезом. В меру соленое мясо подчеркнуто остротой халапеньо — отличная мысль! Эта шаурма сочная и сложносочиненная, вкусная, сытная, но не нажористая, классическая — и не без выдумки. Если я снова захочу канонической шаурмы, выберу именно этот вариант.Искать около страшных клоунов работы Церетели.

Белорусская

Легендарную шаурму на Белорусской, откуда выписали мастеров для ресторана Gipsy — прикрыли. Остался ларек на Грузинском валу. Еще один представитель жанра "обрыганный грязный ларек у метро". Ну, хотя бы не такой токсичный, как его чистопрудный собрат. Но вот парадокс: на вид это шаурма, а на вкус почему-то оливье! Вот, что майонез делает с едой. Видимо, в меру прожаренное мясо, майонез, соленые огурцы и хлеб, играющий роль картошки, переключают в мозгу какой-то рычаг, отвечающий за оливье, сельдь под шубой и "мимозу".

Meat point

Это, строго говоря, совсем не шаурма. Лепешка еще тоньше, чем в "Синдбаде". В нее аккуратно завернуты три плоские бараньи котлетки — изумительные, сочные, пахнут зирой. Вместо салата тут сладкие ломтики помидоров и немного зелени. Дивная свежая еда, аромат кавказского застолья, тостов от души, пряных трав и горного воздуха.

Идея и фотографии — Петр Поляков
Комментарии
Загрузить еще