Мы в этом живем

Русский Лебовски. Есть ли место в нашем мире для Чувака

Антон Подрезов Антон Подрезов
Ищем следы культового киноперсонажа в нашей жизни и культуре.

«Его жена должна половине города, а ковёр обоссали мне!» И я надеюсь, что ты помнишь, что ковёр задавал тон всей комнате! Любовь россиян к коврам безгранична, а вот к фигурам, подобных Чуваку, — чуть меньше, если они не из кино. О философии «Большого Лебовски» и о его русских аналогах поговорим далее.

Это вы мистер Лебовски, а я Чувак

В 1998 новый фильм братьев Коэн «Большой Лебовски» был продемонстрирован зрителям. И не сказать, что он сразу же добился той популярности, которая есть у него сейчас. Как и многие фильмы фестиваля независимого кино Сандэнс (а именно оттуда Чувак начал своё путешествие по кинотеатрам), «Большой Лебовски» не имел коммерческого успеха, а критики и вовсе разгромили его. Казалось, что этот фильм ждёт будущее, похожее на судьбу культового отстоя — фильма «Комната» Томми Вайсо. Но зритель спустя время распробовал комедию со странными героями и возвёл её в статус культовой.

Сейчас «Большой Лебовски» разобран на цитаты, отсылки к образу Чувака появляются везде, даже в последних «Мстителях» образ пожирневшего Тора процентов на 80 походит на героя Джеффа Бриджеса. Некоторые создали даже свою религию (дудеизм), основанную на стиле жизни главного героя. А вскоре планируется к выходу спин-офф об одном из второстепенных персонажей — Хесусе, однако Коэн не будут принимать участие в съёмках — картину поставит сам актёр, исполнявший роль этого героя в оригинале.

Образ величайшего пассивного бездельника был выведен на новый уровень, каждодневная сиеста ещё никогда не показывалась настолько колоритно. В России тоже знают и любят этого героя. Как и многие фильмы с обилием обсценной лексики, он был переведён Гоблином и таким запомнился большинству зрителей. Хотя кто-то, безусловно, помнит попытки игры в переводчиков от оригинального дубляжа, где вместо Чувака главного героя называли Дудей. Привет, Юра.

Но как сейчас принято в нашей стране: давай займёмся импортозамещением. Попробуем посмотреть в сторону нашей культуры и поищем следы такого же яркого героя со столь неосязаемой жизненной позицией и своеобразным чувством юмора.

Это нацисты, Уолтер? Нет, это нигилисты. Бояться нечего

Вот тут и возникает у нас с тобой проблемка, читатель. Настолько бесстыдное, но в то же время привлекательное бездействие в нашем культурном наследии найти непросто. На этом я мог бы и закончить статью, но всё-таки попытаюсь найти тонкие связующие линии с этим образом. Да и нужно же разобраться, почему подобного рода герои исконно не наши.

При разговоре о классической русской лени у многих людей, приличное время назад окончивших школу, начинает немного зудеть в той области мозга, которая отвечает за школьную программу 10 класса (она находится между зоной, отвечающей за песни Михаила Шуфутинского, и зоной с памятью о днях рождения твоих родственников). И всплывает оттуда фамилия Обломова. Да, это, пожалуй, главный бездельник русской культуры.

«Или я не понял этой жизни, или она никуда не годится».

Но наш герой точно не подходит и близко для сравнения с Чуваком. Обломов — жертва своей безвольности и слабости, жизнь его — драма, а не комедия.

Может, тогда в Обломова вложить немного другое мировоззрение? Может, добавить ему резкость Базарова в отрицании общепринятых ценностей из романа «Отцы и дети», раз уже мы взялись за школьную программу. Но тогда мы получим ленивого ворчуна, которого сможем сравнить разве что с Гринчем, который похищает праздники.

Тогда давай копнём ещё глубже в литературу и вытащим Емелю или Ивана-дурака, которые и на печи любили отдохнуть, и приключения с ними тоже проходили достаточно интересные. Вот Ивана-дурака, например, могли спутать с Иваном-царевичем так же, как это произошло с Джеффри Лебовски. Но наши классические сказочные герои не так просты, как кажутся, и грехов за ними больше. Они собирательный образ, который можно трансформировать. А Лебовски — личность при всей своей кажущейся серости. В этом один из главных его парадоксов.

Стоит ли говорить, что в эпоху Советского Союза подобным героям места не было? Тунеядец — вот твоё новое имя, Чувак. В то время его бы уже отправили на исправительные работы, а ковёр повесили бы на стену. Были, конечно, герои в то время с таким неправильным образом жизни — но разве что в качестве урока. Вот сантехник из фильма «Афоня» — хитрый пьянчуга, или, как сказал бы Сергей Шнуров, алкоголик и придурок. Но его непутёвая жизнь — лишь поучительная история, а сам герой вызывает лёгкую жалость, как ребёнок, лизнувший землю в ходе своего научного эксперимента.

А что сейчас? Снимать уже можно о чём угодно. Но получается так, что подобных ярких личностей у нас в ряде киногероев нет. Подождите-подождите… А есть ли у нас в кино вообще личности? Если это не какой-то байопик о волевых тренерах/спортсменах/космонавтах. Вот в «Брате»… Снимите уже какой-нибудь фильм с ярким героем, чтобы можно было закончить вспоминать Данилу Багрова! Бытие настолько сильно определяет сознание наших киногероев, что даже если ты видишь полноценного и хорошо прописанного персонажа в фильме, то он всё равно размывается на фоне серости или неправдоподобной яркости. Главный герой наших фильмов — Россия, а не люди (в новостях всё то же самое). Казалось бы, как с этим связан Большой Лебовски? Да никак и полностью одновременно. Подобные герои с нами никак не связаны — и это полностью наша проблема.

Ваш род занятий? Безработный


Нет места таким героям ни в нашем кино, ни в нашей жизни. Казалось бы, прошли времена насильственного неравенства крепостничества и принудительного равенства социалистического строя, но свободы самоопределения нам это не принесло. Можно срезать все мухоморы и надеяться, что на их месте вырастут опята, но подземной грибнице на это просто наплевать.

Нельзя (а я бы даже сказал не можно) быть у нас таким незаинтересованным ни в чём бездельником, как Чувак. Ты можешь шалопаить примерно до времени окончания высшего учебного заведения (я беру более-менее усреднённую модель социального взросления человека), но после твоя беззаботная карета превращается в осуждающую тыкву. Дальше у тебя по плану семья, работа, общие праздники и поездки на выходных на дачу, чтобы ещё немного поработать, обеспечить себя, детей, внуков, страну, а потом, может быть, немного отдохнуть, пока не настанет пора подвязывать виноград на своём участке.

«Автор, но при чём же здесь Чувак?» — спросишь ты, если всё ещё читаешь эту статью. А при том, что в этом парне свободы больше, чем мы можем себе представить. Его образ жизни можно осудить, что просто, но восхититься степенью его свободы, хоть и во многом маргинальной, может не каждый. Такие люди в нашем обществе по-прежнему называются тунеядцами или просто алкашами. Они — тот самый пример, на который тебе будут показывать пальцем, пока ты не повзрослеешь. Наши алкоголики вряд ли являются последователями дудеизма, и общее у них с Чуваком, может быть, лишь желание выпить. Но в наших реалиях Джеффри Лебовски причислили бы именно к этой касте.

А ведь он просто Чувак, он живёт своей жизнью и свои правила никому не навязывает. И нам такими не быть никогда.

Загрузить еще