Просвещение

«‎Я так вижу!» 9 современных российских художников

Антон Подрезов Антон Подрезов
От картин с легкой эротикой до изображения тяжелой судьбы русских окраин.

В недавнем материале мы писали о том, как выглядят герои российского стрит-арта и чем они удивляют в своих работах. Теперь давай узнаем, что происходит в академической живописи и на какие темы пишут современные российские художники холста и красок.

Сергей Волков

Помнишь картины Питера Брейгеля? Ну это где зима, белые крыши, мужики в красных колготках и какой-то движ на улице. А теперь представь, что на полотне всё тот же зимний антураж, но уже с московскими пейзажами и чуть менее реалистичными персонажами. Так выглядят картины Сергея Волкова. Это полуироничные пейзажи Москвы авоськового периода, когда улицы ещё не были увешаны рекламой, а вместо дворников из стран ближнего зарубежья были усатые крепкие мужчины в фартуках. Эти дворники — центральные персонажи картин, вокруг которых кипит остальная жизнь.

Здесь много героев и мини-сцен, в которых заняты остальные актёры массовки. Иногда даже не успеваешь заметить, что среди москвичей появляется гигантская синица или рыба, затесавшаяся в городской пробке.

Василий Шульженко

Картины этого мастера будто бы измазаны сажей, пролежали два дня в машинном масле или вовсе были найдены где-то за шкафом. Да что тут говорить: не каждый готов вывесить у себя такое полотно. Здесь главной фигурой является русский мужик во всём своём люмпеновском великолепии. Фон в виде развалин, труб заводов или огромных луж, лица людей в гротескном хохоте или странном оскале — пугающая статика застывшего социального уродства. Так мог бы выглядеть венецианский карнавал, если бы он проходил в моногородке, задыхающемся от фабричных выбросов, в месте, где есть два развлечения: водка и обсуждение новостей про Украину. В картинах Шульженко появляются и более нейтральные персонажи, но легко можно представить, как через несколько часов этот герой шагнёт в тёмную среду городских дворов, хрущевок и разрухи.

Сергей Маршенников

Перейдем от пугающего гротеска к впечатляющему реализму. Его картины сочетают в себе очарование юной женской красоты и лёгкий эротизм, который порой вызывает неловкость при просмотре полотен. Может, дело в том, что основной из тем являются спящие девушки, а при такой доле реализма невольно начинаешь ощущать себя Гумбертом, имевшем неосторожность пробраться в комнату к спящей Лолите. Воздушные ткани и лёгкая женская красота — это всё, чем наполнены картины Маршенникова, и ничто не отвлекает от созерцания прекрасного.

Алексей Чернигин

Ещё один любитель изображать человеческие фигуры. У Чернигина нет такой статики, как у Маршенникова. Его герои не стоят на месте, позволяя любоваться своей красотой, — чаще всего они будто пробегают сквозь полотно, размывая краски на своём пути, заставляя солнечный свет вокруг играть своими лучами, оживляя картину. Говорят, что лучшие фотографии — это те, которые сделаны внезапно. Так же и у Чернигина: его лучшие полотна будто созданы в отдельный миг жизни персонажа, а окружающий мир лишь пытается за ним успеть. Дрожание листвы, застывшая волна или взлетающий голубь — здесь это всё создаёт движение, пока художник срисовывает персонажа, не поспевая за ним.

Константин Лупанов

Картины этого мастера очень легко чувствуются. Я не о том, что легко понять этот пейзаж или портрет, ощутить мысль автора. Они реально будто бы касаются твоих пальцев — кажется, что полотна обладают своим ощутимым рельефом. Сначала складывается впечатление, что так они теряют в реализме, но, присмотревшись, можно ощутить всю наполненность жизнью этих лиц и пейзажей.

Глаза обитателей его картин и вовсе пугают! Будто бы с той стороны были прорезаны отверстия, через которые смотрит сам автор или какие-то другие люди. Начинаешь представлять, что ты не смотришь на портреты, а сам находишься в одинокой картине на стене, на которую смотрят любопытные посетители выставки.

Владимир Дубосарский

Картины на стыке стиля советской киноафиши и небольшой доли поп-арта. Смешать, но не взбалтывать — и вот в жёлтой гамме, от которой становится жарко, мы видим самых различных героев: от обычных купальщиков в странных позах до терминатора на летнем лугу. Мелькают и селебрити всех сортов: то Наталья Водянова гипнотизирует тебя своими голубыми глазами в электричке, то Элайджа Вуд на фоне секс-шопа улыбается во все 32 в милицейской фуражке. Сюжеты полотен Дубосарского всегда необычны, неожиданны и эпатажны — его называют одним из самых провокационных художников современной России.

Виталий Пушницкий

В отличие от Дубосарского, Владимир Пушницкий — певец мрачной эстетики. Его полотна — это холодные тона, серость, какая-то ощутимая потёртость. Всё это будто техногенная античность, где маршируют бескрылые херувимы, где разрушенные дворцы и жертвы Колизея. Переключаешься на другие его картины — и вот тебе уже обычная воронка поливочного шланга, зарисованный бардак на студии, но ты всё так же в этом видишь древние дворцы и разрушающуюся античность.

Константин Батынков

Если представить, что картину можно сделать объёмной с помощью острых спиц, торчащих из неё, как из мешочка с иголками, то именно такими словами стоит охарактеризовать многие из картин Константина Батынкова. Тот случай, когда полотно цепляет тебя не тематикой, а остротой линий, штрихов и композиции. Серия работ под названием «‎Первая мировая» хорошо демонстрирует то, о чём я говорю. Они будто собраны из рассыпавшихся обугленных спичек: присматриваешься — и тут тебе из двух штрихов самолёт, вместо кучи точек уже видишь целую армию, а рядом — исполинские танки, дирижабли и броненосцы. Всё это хаотично и монохромно, как сама война.

У Батынкова и обычные пейзажи Москвы наполнены неуловимым движением в резких штрихах и линиях. Это может быть дождь, линии проводов или просто ускоренный городской трафик. И город тут же расплывается в этом движении, напоминая о скоростях, на которых живёт современный мегаполис.

Кирилл Гаршин

В последнее время можно часто увидеть фотографии, где обычный человек стоит возле какого-то знаменитого портрета, и ты сразу замечаешь очевидное, немного жутковатое сходство. В картинах Гаршина кажется, что он нарисовал и тебя, и твоего одноклассника, и ту симпатичную продавщицу из цветочного. Почему-то герои его полотен напоминают твоих знакомых!

Ты можешь просто листать все его произведения, но внезапно остановишься и увидишь там своё лицо, себя, причём в своей же комнате. Это пугает! Во многом это связано с тем, что некоторые картины он перерисовывает со своих полароидных снимков, что придаёт такой реализм его работам.

Комментарии
Загрузить еще