Просвещение

Как российские писатели-фантасты изображали новый мир и чем он похож на наш

Антон Подрезов Антон Подрезов
Как фантасты мечтали об идеальном обществе, а получили лазер.
Начну с того, что писатели-фантасты не ставят перед собой цели угадать, что будет дальше, дать наиболее точный прогноз на будущее, а потом прищуриваться и шептать: «‎А я говорил!» Они в первую очередь писатели, и когда их произведения — это попытка угадать, то из категории фантастов они перетекают в общество фантазёров в плохом смысле этого слова.

Угадывать должны учёные, а точнее, прогнозировать. Строить теории и доказывать их. Писатель-фантаст в своей работе часто опирается на современные научные разработки — и больше на те, которые пока за гранью понимания и современных технических возможностей. Он огибает точные и не особо точные науки и строит свой мир по новым законам. И часто попадает в точку или очень близко к ней.

Робозаповеди

То, без чего нельзя написать ни один материал о научной фантастике. Речь идёт о трёх законах робототехники Айзека Азимова. Да, его лишь косвенно можно назвать «‎нашим» писателем, так как он в возрасте трёх лет уехал жить в США, но кто знает: может, его советские корни помогли создать эту концепцию. Всё-таки придумывать их в России очень любят. Закончатся законы для людей — сделаем законы для роботов.

Эти правила с некоторыми дополнениями до сих пор считают наиболее подходящей концепцией, когда дело доходит до разговоров о современной робототехнике и возможностях искусственного интеллекта. В новом кино всё больше тем связано с бездушными машинами, которые «‎восстают» против человека: от «‎Терминатора» и «‎Космической одиссеи 2001 года» до «‎Черного зеркала». И эти темы перемывались многими фантастами, но лишь один продвинулся настолько далеко. Мало того что он придумал само слово «‎робот», так еще и усадил его на три закона в 1942 году, чтобы защитить своих потомков. Вдруг он, как Джон Коннор, был послан нам из будущего, чтобы предотвратить восстание машин, передав эти три заповеди?

Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред.

Робот должен повиноваться всем приказам, которые даёт человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону.

Робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому или Второму Законам.

Для современных потомков ЭВМ, возможности которых иногда просто пугают, такие ограничения очень кстати, потому что мне бы не хотелось на старости лет прислуживать умному чайнику. В общем, помним, любим, соблюдаем.

Другим же бывшим соотечественникам Азимова повезло чуть меньше. Некоторые не могли писать о светлом будущем победившей науки или о мрачных антиутопиях, потому что советская реальность имела лишь одно направление в будущее — по дороге коммунизма, а возникающие фантазии были ни к чему. В таких условиях сложно рассуждать о науке, поэтому основным предметом рассказов становилось общество. Однако многие находили темы, которые не были острыми, или просто уезжали творить в другие страны.

ВНИМАНИЕ: здесь и далее — книгоспойлеры, если такие существуют.

В итоге мы получили утопию Алексея Толстого «‎Голубые города», где главный герой — архитектор Буженинов — мечтает о светлых территориях будущего: там все счастливы, а каждый день — это праздник. И в конце он сталкивается с серой действительностью и поджигает реальный город, который не соответствует его стандартам.

«План голубого города я должен был утвердить на пожарище — поставить точку…»

Смелое высказывание для своего времени; а отголоски истории Буженинова отдаются до сих пор, когда реальность оказывается жёстче заявленной нормы и желание что-то «‎сжечь» приводит к тяжёлым последствиям.

Но Толстой писал и книги, которые имели чуть большую научную ценность, например, «‎Гиперболоид инженера Гарина». Фантастический роман о русском учёном, который изобрёл аппарат, создающий всеразрушающий тепловой луч, как в романе «‎Война миров». Большая сила наложила на Гарина не очень большую ответственность, и он в итоге устроил мировой кризис и стал диктатором под именем Пьер Гарри.

Сама идея такого устройства не нова, но на неё ссылались некоторые учёные в своих работах. Физики Басов и Прохоров после открытия квантового генератора заявили:

«Для любителей научной фантастики хотим заметить, что игольчатые пучки атомных радиостанций представляют собой своеобразную реализацию идей «‎гиперболоида инженера Гарина».

Мелочь, а приятно.

Но кому-то были ближе идеи антиутопий. Одним из таких произведений стал роман Василия Аксёнова «‎Остров Крым». Произведение из серии «‎что если…» допускает лишь одну историческую условность: что если бы Крым был островом.

Казалось бы, и что тут такого? Но в результате некоторых исторических событий после Гражданской войны этот остров стал независимым оплотом «‎белой» России, затем он держал нейтралитет во время Второй мировой войны. В итоге у СССР так и не получилось поглотить Крым, а сам остров превратился в процветающее государство с крупнейшими курортами и мощной промышленностью. Пока герой романа Андрей Лучников не стал сторонником «‎Идеи Общей Судьбы», которая напомнила, что у Крыма и СССР общая история и судьба, и как бы давайте уже объединимся. Лучников создал свою партию, которая двигалась в этом направлении, и в итоге произошло не слияние, а, скорее, поглощение. Когда советские войска вошли в Крым, ничего хорошего не произошло.

Этот роман был написан в 1979 году, но кажется, будто есть в нём что-то неуловимо знакомое. Возможно, такую историю можно будет услышать по телевизору через несколько лет. Но, разумеется, про какую-то другую страну и какой-то другой остров.

Мы и «‎Мы»

Одним из главных шедевров российской фантастики заслуженно считается роман Евгения Замятина «‎Мы». Эту антиутопию ставят в один ряд с такими произведениями, как «‎1984» и «‎О дивный новый мир». Но «‎Мы» всё же не так сильно раскручен, хотя написан был гораздо раньше — в 1920 году. Тоталитарное жёсткое общество, где имена заменены на цифры и буквы. Как думаешь, сколько звёзд из 10 ставили критики этому роману в стране строящегося социализма?

Всё больше появляется цитат о том, что наша жизнь становится похожа на мир из «‎1984» Оруэлла. Но ты только посмотри, как точно прогнозировал Замятин.

Главный герой носит «‎имя» Д-503. Сегодня мы сами сознательно отказываемся от имён: многие заводят себе фэйковые страницы, а то имя, которое следует после знака «‎#», уже давно имеет большее значение, чем указанное в паспорте.

Гигантский город-государство огорожен от остального мира Зелёной Стеной, за которую нельзя выходить. Сейчас пересечение границы иногда настолько сложное дело, что можно пожалеть о том, что там не стоит просто огромная стена со рвом и кольями.

В этом мире существуют «‎розовые талоны» на секс, где каждый может претендовать на каждого. Я не удивлюсь, когда Тиндер заменит суперлайк на такие талоны.

Мир у Замятина сложен для понимания, и всю его суть непросто спроецировать на себя, потому что уровень несвободы там — это снеговик в хрустальном шаре, а мы ещё можем многое себе позволить. Но это пока роботы из Boston Dynamics не взялись за кожаных мешков.

Что мы думаем сейчас

К счастью, в современной России авторы-фантасты не ограничены советской цензурой и могут позволить размышления на любые темы. Тут тебе и вампиры с оборотнями, и радиоактивные драгоценности, и новая жизнь московского метро. Можно спокойно задуматься об ужасах развития интернета, искусственного интеллекта и соцсетей. А сколько тем для их ясных умов подкидывают выпуски новостей — меняешь имена и названия, и уже получается неплохой сюжет.

Отмечу только книгу Сергея Лукьяненко «‎Черновик», которую недавно бездарно экранизировали и, может быть, тем самым охладили интерес к оригинальному произведению и к основной идее. А она интересна: по концепту этой книги существует несколько альтернативных Россий, в которых проводились разнообразные эксперименты, чтобы выяснить, какой сценарий наиболее благоприятный для страны. Здесь «‎Черновик» немного перекликается с «‎Трудно быть богом» Стругацких.

В итоге все страны из других миров живут своей экспериментальной жизнью, а настоящая Россия процветает в «‎идеальном» мире, где учтены ошибки других ксерокопий державы. И тут можно поднять множество вопросов, которые отправятся в сферу этики клонирования или экспериментов над животными. Но ты только представь, насколько хорошо сейчас тебе в каком-то другом мире. И вдруг ты станешь «‎жертвой» удачного эксперимента?
Комментарии
Загрузить еще